Принятие Сенатом Франции законопроекта о криминализации отрицания «геноцида» продолжает вызывать огромный резонанс на международной арене. Хотя сейчас и трудно спрогнозировать, чем в конечном счете обернется дискриминационный билль для будущего франко-турецких и турецко-армянских отношений, все же очевидно, что действия Парижа не окажут на них никакого позитивного воздействия.
Натиг НАЗИМОГЛУЗакон об отрицании «геноцида» неоднозначно воспринят самой французской общественностью. Так, в ходе популярного ток-шоу на французском канале Direct 8 известный журналист Хлоя Лепренс, сообщив о том, что в принятии закона замешана супруга президента Карла Бруни-Саркози, резко негативно оценила решение французского парламента. По ее мнению, подобные вопросы, имеющие отношение к истории, не являются прерогативой законодательного органа.
Обстоятельный разбор закона провели на страницах влиятельного издания Liberation профессора права Бертран Матье и Анна Левад, считающие, что билль о криминализации отрицания «геноцида» ставит под сомнение свободу слова и свободу исследования во Франции. Ученые разнесли в пух и прах аргументы проармянских парламентариев Франции о том, что ими, дескать, двигало стремление привести законодательство страны в соответствие с европейскими правовыми требованиями, касающимися ксенофобии и расизма. На самом же деле, заявляют Матье и Левад, осуждение любого геноцида, армян в том числе, никоим образом не вменяется в обязанность европейским правом, а так называемые «мемориальные» законы, осуждающие какую-либо историческую ситуацию, не носят нормативного характера. Авторы статьи обращают внимание также на то, что только судья обладает компетенцией квалифицировать геноцид как уголовное преступление. «Каким бы правомерным ни было стремление почтить память армян и добиться признания преследований, жертвами которых они стали, это признание нельзя осуществлять ценой нарушения конституционных принципов», — убеждены французские ученые.
Тем временем в Сенате Франции продолжается сбор подписей для обращения в Конституционный суд относительно аннулирования скандального проармянского законопроекта. Процедура обжалования закона предполагает обращение не менее 60 депутатов в Конституционный суд до утверждения закона президентом страны, то есть в течение 15 дней. Но вне зависимости от того, удастся ли вынести этот вопрос на рассмотрение высшей судебной инстанции Франции, ясно, что официальный Париж не получит от своей «геноцидовой» политики никаких дивидендов. Разве что последние достанутся тем бессовестным деятелям, которые намерены на «армянском вопросе» закрепить свои политические позиции.
О многом говорит тот факт, что антитурецкие меры Парижа не поддержал ни один из евроатлантических союзников Франции. Премьер-министр Великобритании Дэвид Кэмерон, признав за парламентом Франции свободу в принятии решений, все же отметил: «В моей стране также выдвигаются законопроекты, направленные в прошлое, но я считаю, что мы должны жить настоящим». При этом Кэмерон призвал гарантировать «вступление мусульманской Турции в Европейский союз» — заявление, явно указывающее на намерение Лондона взять в свои руки дальнейший ход переговоров между Анкарой и Брюсселем и отодвинуть Париж с передовой обсуждения турецкой заявки на членство в ЕС.
Что же касается самого руководства Евросоюза, то в Брюсселе также не в восторге от решения французского парламента. «Полагаю, не дело Еврокомиссии вмешиваться в вопрос, который затрагивает страну — члена ЕС и страну-кандидата. Подобные важные чувствительные вопросы лучше всего решаются историками, путем диалога и сопоставления фактов, а не через политические декларации», — заявил еврокомиссар по вопросам расширения и политики добрососедства Штефан Фюле.
Париж получил нелестный отклик и из-за океана. Госсекретарь США Хиллари Клинтон заявила о том, что Вашингтон не собирается вводить уголовное наказание за отрицание «геноцида армян». Фактически ставя под сомнение демократический имидж Франции, Клинтон отметила: «Одна из сильных сторон Соединенных Штатов в том, что мы не наказываем людей за их высказывания. Люди могут говорить почти все, что им захочется. В США они так и делают. У других стран могут быть другие стандарты и правила. Но я надеюсь, что мы никогда не будем наказывать кого-либо за их высказывания». Глава Госдепартамента выразила убежденность в том, что вопрос о признании «геноцида армян» «должны решать не политики, а историки». «Соберите доказательства, выскажите свои аргументы и будьте готовы к участию в дискуссии. Привлечение же государства для решения подобных вопросов — очень опасная практика», — подчеркнула она.
Как видно, традиционные конкуренты Франции в западном мире не преминули использовать удобную возможность для критики ее действий, вызванных чрезмерными проармянскими симпатиями нынешних проводников политики Парижа. Последние сами виновны в том, что дискриминационный законопроект пригвоздил Францию к столбу позора, причислив ее к странам, запрещающим своим гражданам выражать свое мнение по любому, тем более весьма спорному историческому вопросу.
